Надо ли опасаться волн мигрантов из Азии и Африки жителям северной части Евразии

Вооруженные конфликты в Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии, на юго-востоке Украины, в Африке. Прямое следствие всего этого — возросшие миграционные потоки. Беженцы ищут спокойствия в Европе, едут в США, в Россию и даже в Австралию. Мир, в котором мы живем, все меньше походит на константу. Принадлежность к той или иной стране стремительно перестает определяться лишь местом рождения. При этом возникает проблема разницы культур, профессиональных навыков, языковой барьер. Растут охранительные и праворадикальные настроения у населения принимающих стран. Станут миграционные потоки проклятием или все-таки спасением для государств Европы и Северной Америки, как там отвечают на возникающие вызовы — лекцию на эту тему в Ельцин Центре прочитала основатель и директор Института миграционной политики (Германия, Берлин) Ольга Гулина.

«Отец Стива Джобса родом из Сирии»

Если вы космополит и основываетесь на общечеловеческих ценностях, то вы наверняка будете считать право на безопасное убежище для каждого человека из страны, охваченной войной, непререкаемым. Если вы смотрите на эту позицию как гражданин своей страны или как гражданин своего города, то для вас покажется странным это право на предоставление убежища.

На самом деле это предмет философской дискуссии. Еще Иммануил Кант говорил, что для каждого иностранца право быть встреченным без враждебности на любой территории должно быть абсолютным. Но мы прекрасно понимаем, что в реальных условиях это право абсолютным быть не может. Быть пришлым мигрантом — это огромная ноша.

Специалисты по исламскому миру предрекли в скором будущем Третью мировую войну
К слову, многие известные люди прошли через это. Известный композитор Пауль Дессау, когда был вынужден бежать из охваченной нацизмом Германии, работал днем в Америке на птицеводческой ферме, а по ночам писал музыку. Американский бегун Лопес Ломонг, который на церемонии открытия Олимпийских игр 2008 года в Пекине был знаменоносцем сборной США, 10 лет до этого провел в лагере для беженцев в Южном Судане. Один из СЕО компании Coca-Cola — беженец с Кубы. Отец Стива Джобса родом из Сирии.

Тем не менее потрясающе, насколько человечество даже в рамках одного поколения способно забывать происходившее. Еще совсем недавно огромное количество европейцев находились в шкурах современных сирийцев, афганцев и иракцев.
Такова жестокая ирония судьбы, но еще несколько десятилетий тому назад миграционные потоки между европейской частью континента и Ближним Востоком действовали в обратном нынешнему направлении. В сирийском Алеппо в 1943 году существовал лагерь, в котором размещались свыше 40 тыс. беженцев из Европы. По преимуществу жителей Болгарии, Словакии, Хорватии и Польши. Аналогичным образом на своей территории принимала и размещала Турция. Сейчас сирийцы вынуждены массово покидать свою страну из-за военных действий на своей территории. Поэтому вопросы, кто мы и откуда, куда устремляются люди и является ли миграция опасным бременем либо возможностью — тема, которая была и будет актуальной всегда.

Едут в Германию, Францию, Грецию и Испанию, не едут — в Латвию, Эстонию, Венгрию
Вы глубоко заблуждаетесь, если полагаете, что наибольшее количество беженцев сейчас принимают такие страны, как Испания, Италия, Германия, Швеция, Франция или Англия.

Данные статистики показывают, что наибольшее количество гуманитарных мигрантов принимают Турция, Иордания, Эфиопия.

В первой пятерке нет западноевропейских стран. Свежие данные Евростата показывают динамику миграционных процессов в Европе. Согласно ним, в Европу устремляются сейчас граждане 145 государств. В этом потоке есть граждане России, Украины, Таджикистана, Грузии. Едут люди из Африки. Но самый большой процент сейчас — это граждане Сирии, Афганистана и Ирака.

За второй квартал 2018 года в Европу въехало около 137 тыс. человек. При том, что население Евросоюза сейчас составляет порядка 500 млн человек, количество людей, которые обращаются за предоставлением убежища, не превышает 1% в год. От беженцев из Сирии за второй квартал было подано 18 тыс. прошений об убежище, из Афганистана 9,2 тыс., из Ирака — 8,4 тыс. Однако география тех, кто подает прошения, меняется. За последнее время стало больше граждан Венесуэлы, Турции и Колумбии.

На Европейской части континента они устремляются в четыре страны: Германию, Францию, Грецию и Испанию. В совокупности эти государства принимают сейчас 78% гуманитарных мигрантов. Для понимания: 8 тыс. гуманитарных мигрантов из Сирии приняла Германия и только 15 человек — Венгрия. Эстония, Венгрия и Латвия каждый квартал регистрируют на 70% меньше прошений на предоставление убежища. Люди просто не обращаются туда. Это к вопросу, о котором пойдет речь дальше: кто, кого и где боится.

Самый большой процент успешности поданных прошений у граждан Сирии — 87%. Для граждан Афганистана это почти 44% и только 4% для граждан Грузии.

При этом надо четко понимать, что уровень прибывающих гуманитарных мигрантов различен. В первой волне беженцев из Сирии, которая началась около 2014 года, приезжали по-настоящему уникальные люди. Как правило, это хорошо образованные специалисты, говорящие на нескольких языках. В конце концов, Сирия была жемчужиной Ближнего Востока, ее граждане имели возможность отправлять своих детей получать образование за рубежом. В Германии даже была открыта специальная программа «Ученые в опасности». Под профессуру ближневосточных университетов создавались трехлетние исследовательские программы. Да, вперед уехали те, кто обладали деньгами и понимали, что ждет страну. Сейчас уровень прибывающих различный. Много вопросов, к примеру, вызывают афганцы. Среди них много безграмотных, которые никогда в жизни ничего не читали и не писали. В этой части мы подходим к вопросу: что такое миграция?

«Положительный эффект даст к 2025–2027 году»

Миграция связана с неравенством и разным качеством жизни. И на самом деле, это предохранительный клапан для борьбы с бедностью и неравенством. Есть расчеты, которые наглядно показывают, почему мигранты, пересекая границы своего государства, устремляются, например, в Европу. На каждого мигранта из Сирии Германия тратит по 135 евро в день, а Иордания — всего 1 евро в день. Это объясняет, почему люди действительно устремляются в другие страны и на другие континенты. Они едут в поисках лучшей жизни.

Миграция — это еще и возможности. Успех и не успех этих возможностей зависит от многих обстоятельств. На миграцию принято смотреть только с одной стороны. Но миграция — это еще и огромный поток денежных средств. Вклад мигрантов в мировую экономику составляет 9% от валового продукта всего мира. Деньги, которые зарабатывают мигранты, они тратят в стране приема. В числе первых стран, где тратят наибольшее количество своих денег мигранты, 25 высокодоходных государств: страны Евросоюза, США, Канада и Австралия.

В ЕС сейчас популярность набирает идея, что нет никакого смысла бороться с гуманитарной миграцией. Это возможности и для принимающей стороны, только эти возможности надо уметь правильно использовать. Города иностранных мигрантов сегодня существуют на деньги иностранных доноров, и это большая ошибка. Такие города иностранных мигрантов могут оказаться абсолютно обособленными. Одна из главных идей — нужно сделать так, чтобы мигранты, производя какой-то продукт, могли начинать сами себя обеспечивать.

В 2015 году было очень много публикаций на тему того, как скажется прием большого количества мигрантов Германией на ней самой: на государственном долге, на пенсионных накоплениях, какие это несет угрозы для принимающего общества. На самом деле все выкладки свидетельствуют об одном. В краткосрочной перспективе, до 5 лет, это будет определенная нагрузка на принимающее государство. Речь идет о постройке дополнительного жилья, обеспечении языковых курсов, проведении переподготовки и переквалификации. Для Германии сейчас это стоит около 0,35% ВВП.

Однако к 2025–2027 году, как считают специалисты, экономический эффект от миграционного притока, в том числе от вхождения мигрантов на рынок труда, даст положительный эффект. Результатом станет снижение пенсионной нагрузки на государство, например. Ведь сейчас 82% приезжающих — это молодые трудоспособные люди.

Ответ на вопрос, является ли миграция вызовом, зависит от того, насколько принимающая страна способна обеспечить максимально быструю адаптацию приехавших и их выход на рынок труда. В Великобритании этот срок составляет 1 год, в Люксембурге — 9 месяцев, в Чехии, Испании, Польше и Дании — 6 месяцев. В этот период человек находится на полном обеспечении государства. На это тратятся налоги граждан принимающей страны. Чем быстрей вы сможете подготовить мигранта для жизни здесь, тем быстрее произойдет интеграция и тем быстрее начнут появляться эффекты. Однако многое в этом плане зависит не столько от обстановки на рынке труда, но и от обстановки в самом государстве, политики принимающего общества. Насколько принимающее общество готово принять мигранта.

Кого боится Венгрия? И законно ли Трамп пользуется войсками против беженцев?

В Восточной Европе набирают силу право-популистские партии, которые педалируют тему противопоставления своих и чужих. Это очень опасно, и пример Германии 1930-1940-х годов показывает, насколько. Ведь при желании можно противопоставить и поссорить людей, живущих на равнине и в горах. Как ни странно, в Германии тоже есть такие идеи, причем более популярны они именно на территории бывшей ГДР. Кажется, что все это от зауженного материальными проблемами сознания.

В книге «Сумерки Европы» говорится о том, что миграция — это новая революция масс. Миграция — это то, что вынудит политиков пересмотреть устоявшиеся порядки в странах. И это правда.

Летом этого года, накануне саммита в Брюсселе, Венгрия приняла закон, по которому все некоммерческие организации, вовлеченные в поддержку мигрантов, могут быть оштрафованы. А главы этих организаций, содействующие неавторизированной миграции в страну, могут попасть в тюрьму на срок до 1 года. То есть возник новый состав криминального деяния. В Венгрии живут 10 млн человек. Кого боится Венгрия, от кого она ограждается? Такие процессы происходят, к слову, не только в Венгрии. Совсем недавно в Италии был принят пакет антимиграционных декретов из 42 статей. Они усложнили получение итальянского гражданства, снизили срок гуманитарной защиты на территории страны.

Известно и высказывание президента Франции Николя Саркози: «Любите Францию или покиньте ее». У этой страны большая история по работе с миграционными потоками. Большая колониальная держава в прошлом, Франция принимала много граждан из своих бывших колоний. И в какой-то момент там возникла инициатива проведения ДНК-экспертиз для мигрантов, приезжающих по программам воссоединения со своими семьями. Слава богу, Конституционный совет Франции посчитал это античеловеческой инициативой. При этом Франция стала родоначальницей интеграционного контракта. Его смысл заключается в том, что любой мигрант должен стать на территории этой страны участником любой общественной ячейки: хора, футбольной команды, церковно-приходского общества. Это позволяет ему налаживать коммуникацию с местными жителями.

Германия очень тщательно изучает навыки людей, которые въезжают в страну. Стране нужны рабочие руки. Тем не менее здесь тоже фиксируются негативные процессы. Так, ранее действовал мораторий на воссоединение с семьей для людей, находящихся в статусе субсидиарной защиты. Он действовал до 1 августа 2018 года. Люди, приехавшие в Германию, не могли пригласить супруга или детей для воссоединения семьи. Сейчас запрет снят. Но есть, к сожалению, квота — 1 тыс. человек в год.

Большую озабоченность вызывает то, что происходит сейчас в Америке с точки зрения попыток ограничить миграцию. Сейчас Дональд Трамп пользуется войсками, чтобы не допустить пересечения мигрантами границы с Мексикой. Но насколько это нарушает американскую Конституцию и Билль о правах? Использование военных в таких обстоятельствах действующим американским законодательством не предусмотрено, и президент его нарушает. Кроме того, важно понимать, что миграция в США людей из Мексики и других стран Латинской Америки — это также предохранительный клапан. Уровень дохода в Америке намного выше, чем у них на родине. При этом эти люди делают много условно грязной работы. Например, работают обслугой в отелях, ресторанах. Эти заведения придется закрыть? Кроме того, отток этих людей приведет к снижению потребительской активности. Соответственно, политика Трампа в отношении так называемых «чужих» вызывает большие сомнения. Чужим может стать любой.

Лекарство против терроризма, экстремизма и ксенофобии

Какие вызовы несет в себе тема миграции? Все страны ЕС должны решить несколько вопросов. Первый из них — что происходит с центрами размещения мигрантов, где они будут строиться. Как показал опыт Франции, раздельные поселения — это самое страшное. Они совершили эту ошибку в 1970-х годах, создав гетто. Люди просто замкнулись в своем языковом и культурном пространстве, они не интегрировались. Тем не менее недавно президент Франции Эммануэль Макрон высказал идею о том, что миграционные центры стоит вынести на Африканский континент. Она вызвала бурю негодования. Лидеры африканских государств даже выпустили небольшой пресс-релиз, в котором заявили, что не будут становиться тюремщиками Европы на своем континенте. Тем не менее последний опрос граждан ЕС показывает, что они поддерживают идею охраны внешних границ. Бюджет Агентства по охране границ Евросоюза за последнее время вырос более чем в три раза. Внутри самого ЕС до сих пор нет четких договоренностей о том, как будет выстраиваться единый миграционный менеджмент. А делать это нужно.

Еще один вызов — это террористическая угроза и экстремизм. Теракты в Париже показали, что полиции и спецслужбам надо объединять свои усилия и обмениваться информацией о людях, вызывающих подозрения или находящихся под наблюдением. Сейчас 27 государств ведут работу по этому направлению. Тем не менее события в Хемнице (в результате стычки между местными радикалами и выходцами из Сирии и Ирака в августе там погиб один человек и еще двое пострадали — Znak.com) вызвали совершенно правильную реакцию. Огромное количество звезд немецкой эстрады организовывали концерты, на которые приглашали людей под лозунгами «Мы вместе!». Люди тратили свое время и деньги, чтобы приехать туда и поучаствовать в многотысячных демонстрациях, которые проходили под лозунгом: «Мы извиняемся за произошедшее. Ксенофобия не имеет к Германии никакого отношения. Мы выучили наши уроки давно».

И в заключение. Миграции не нужно бояться, она была, есть и будет. Это процесс, которым нужно учиться грамотно управлять. Да, войны и меняющиеся авторитарные правительства являются серьезной опасностью для безопасности людей по всему миру. Пора каждому из нас задуматься о том, что менять всякий раз одно авторитарное правительство на другое и воевать — это не самое умное решение. Куда проще и лучше попытаться изменить страну, в которой ты живешь.

(Visited 96 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *