Loading...

Собянин встал перед дилеммой из фильма «День выборов»: «И куда теперь его?»

Сергей Собянин стал мэром Москвы ровно 10 лет назад, побывав до того тюменским губернатором и руководителем Администрации президента России. Всё это время казалось, что он вот-вот шагнёт куда-то выше. В премьер-министры, а то и в “преемники”. Однако по итогам десятилетия становится ясно, что московская мэрия — это его последний приют и высшая точка в карьере. Стать чем-то большим не позволит коронавирус — точнее, груз антирейтинга, накопленного с начала борьбы с самой странной пандемией в истории.

Сергею Собянину 62 года – «возраст расцвета для политика». Его карьера долгое время шла вертикально вверх: от главы администрации Когалыма, через посты заместителя губернатора Ханты-Мансийского автономного округа, губернатора Тюменской области, руководителя Администрации президента России к назначению мэром Москвы. Он считается одним из самых влиятельных людей в стране. С его именем связывают целый клан руководителей высокого уровня, губернаторов нескольких уральских регионов, федерального министра строительства и вице-премьера федерального правительства. Сергей Собянин возглавляет рабочую группу Государственного совета по борьбе с эпидемией коронавируса и координирует работу всех российских губернаторов по этому вопросу. Совсем недавно Собянина называли следующим премьер-министром и даже следующим президентом.

Loading...

Больше, наверное, его так не будут называть. Борьба с ковидом оказалась ловушкой, из которой мэру Москвы не выбраться.

Во всём виноват Собянин
Надо сказать, что коронавирусная эпопея первоначально выглядела вовсе не как ловушка, а как огромный шанс для московского мэра. Президент, понимая, что Россия очень велика и ситуация в регионах очень разнообразна, переложил ответственность за противоэпидемические мероприятия на региональных руководителей, на губернаторов российских регионов. Они получили право вводить разнообразные ограничения по собственному усмотрению, оглядываясь только на реальное положение дел «на земле». Однако оставить губернаторов вовсе без руководства было, конечно, нельзя. Чтобы координировать их работу, создали рабочую группу Государственного совета – ещё старого, до конституционно-реформенного Госсовета, клуба губернаторов. Собянин, мэр Москвы, естественным образом оказался руководителем этой рабочей группы. А также человеком, который отвечает за борьбу с эпидемией в глазах всех граждан России и докладывает об этой работе президенту.

Эксперты сразу заговорили о том, что вот он, звездный час политика – он оказался едва ли не выше по положению, чем председатель правительства.

Увы, воспользоваться этой ситуацией Собянин не сумел. Хуже того, он сам сделал всё для того, чтобы стать «крайним» в глазах российского общества, в глазах избирателей, ответственным за все проблемы, которые принесли гражданам «коронакризис и «локдаун». Сергей Семёнович пошёл по извечному пути русской бюрократии – «тащить и не пущать». И зашёл на этом пути очень далеко.

Борьба с коронавирусом в Москве не пошла на пользу рейтингу мэра.

Начал с огромных очередей на вход в московское метро в первый день ограничений. Продолжил электронными пропусками на перемещение по городу, дискриминацией стариков и детей, которые не могли передвигаться на общественном транспорте. О том, как московские таксисты спрашивали с пассажиров QR-коды, москвичи до сих пор вспоминают с содроганием. И с пониманием, что ничто не мешает мэру к этой практике вернуться. Под занавес «первой волны» карантинных ограничений мэр додумался выпускать людей на прогулки, составив график, где жителям отдельных домов разрешалось гулять лишь в определённые дни недели. Никаких способов следить за соблюдением этого графика не было, так что авторитет градоначальника получил сразу два удара: один из-за ненужного и безумного распоряжения, другой – из-за невозможности это распоряжение исполнить.

Главная проблема Сергея Собянина всё это время, весь двадцатый год, была в том, что ни он сам, ни его команда не умели объяснить жителям, в чём причина ввода тех или иных карантинных мер.

На самом деле, общее, так сказать, рамочное объяснение было, причём совсем простое: чем меньше люди встречаются друг с другом, тем меньше вероятность заразиться самим и заразить других. Совсем уберечься невозможно, так или иначе, пока не сформирован коллективный иммунитет, переболеют почти все, но можно сделать так, чтобы болели не одновременно. Таким образом сократится нагрузка на систему здравоохранения, что и требуется – коек в больницах для «тяжёлых» хватит.

Мне отчего-то кажется, что эта простая мысль не была до конца ясна самому московскому мэру. А может быть, его пиар-сотрудникам. Факт, что карантинные меры выглядели не претворением в жизнь определённой стратегии, а следствием административного произвола. Невозможно было поверить, что скамейки во дворах и в парках затянуты полосатыми лентами для того, чтобы сохранить здоровье москвичей.

Карантинные меры в Москве выглядели не претворением в жизнь определенной стратегии, а следствием административного произвола.

Тем более что пока миллионы граждан России не имели права выйти из своих квартир чаще двух раз в неделю, оставались без работы, мучились с пропусками, в Москве продолжали работать стройки. А на стройках продолжали работать трудолюбивые смуглые люди из южных республик. Мэр Москвы считал, что строительная отрасль – это именно та часть экономики, которая ни в коем случае не должна остановиться, а если лишить мигрантов работы, они создадут огромную опасность роста уличной преступности. Результат – явное поражение в правах москвичей по сравнению с мигрантами.

Не прибавили мэру популярности и сообщения типа «он приобрёл завод по производству одноразовых масок». А аренда помещений в «Крокусе» под резервный госпиталь обошлась бюджету Москвы в 200 миллионов рублей. Насколько эти меры были действительно необходимы – другой вопрос. Но москвичи получили повод заподозрить свои власти, скажем осторожно, в личной заинтересованности в противоэпидемических мерах. Проще говоря, в московском метро люди стали говорить друг другу, что все эти напасти, все ограничения – всё это лишь повод для создания возможностей обогащения.

Ватерлоо для тюменского Наполеона
«Конец был немного предсказуем». Помните такую фразу? Очень был популярный мем в русском интернете несколько лет назад. Сергей Собянин никогда не был политиком-харизматиком, однако уважение и доверие у избирателей до поры до времени вызывал. В августовских опросах общественного мнения рейтинг Сергея Собянина при ответах на вопрос «Кому из политиков вы доверяете» составил 2%. В два раз меньше, чем у Алексея Навального (это ещё до истории с «отравлением» этого парня) В шесть раз меньше, чем у Михаила Мишустина, соперником которого телеграм-каналы называли Собянина ещё совсем недавно.

Это совсем неудивительно – ведь Михаил Мишустин вместе с президентом, в глазах избирателей, отвечает за меры социальной помощи и помощи бизнесу. Мишустин – это выплаты по 10 тысяч рублей на каждого ребёнка до 16 лет. Дважды – в июле и в августе. Мишустин – это план спасения экономики. Мишустин – это налоговые льготы для малого и среднего бизнеса, беспроцентные кредиты для сохранения рабочих мест. А Собянин – это про не пускать стариков и детей в метро. Такой политический расклад.

Ещё совсем недавно телеграм-каналы называли Собянина соперником премьер-министра Мишустина.

Помните фильм «День выборов»? «Ну и куда его (губернатора) теперь?» – «Послом в Тунис». – «Почему в Тунис?!» – «Ну, сам подумай, а куда его?» Вот такая ситуация теперь у Сергея Собянина во внутриэлитных раскладах, в схватке бульдогов под кремлёвским ковром. Ему бы совершить сейчас какие-то популистские шаги, сделать яркие и вызывающие симпатию граждан заявления, как-то реабилитироваться. Но ковид проклятый загоняет в ту же самую ловушку во второй раз. Опять недокарантин, опять необъяснимые для граждан ограничения нормальной жизни, причём устроенные так, что их трудно воспринять иначе, как издевательство. Отправьте на «удалёнку» 30% сотрудников и сообщите контролёрам их имена, телефоны, адреса и карты для проезда в общественном транспорте. Что? Нарушение прав граждан? Закон о персональных данных? Нет, не слышали. При посещении ночных заведений регистрируйтесь и получайте QR-коды. Что? Право на частную жизнь? Опять-таки персональные данные? Не слышали. Не нравится – не ходите никуда, сидите дома. Школьников на «карантикулы» на две недели. Как быть родителям? Что будет с учёбой? Что будет через две недели? Не даёт ответа.

Как должны граждане относиться к градоначальнику, который всё наращивает ограничения, при этом продолжая заклинать: «Как весной больше не будет»? Самое главное, как они должны ему верить?

Как-то давно в Тюмени я слышал, как бывшего уже тогда губернатора Сергея Собянина сравнивали с Наполеоном. Льстили, конечно, но что-то в этом было. Говорили про его огромную работоспособность, умение помнить каждую мелочь и каждого отдельного исполнителя, если надо – не спать ночами. Что ж, если Сергей Собянин и вправду был Наполеоном, то битва с коронавирусом в Москве стала ему и Бородином, и Ватерлоо.

(Visited 58 times, 1 visits today)
Loading...