Байден может применить ядерное оружие и развязать Третью мировую войну, когда ему этого захочется

Что стоит между президентом США и ядерной кнопкой

Во время правления Трампа я указывал на проблему американской президентской системы. Дело в том, что она предоставляет президентам практически неограниченную власть, когда вопрос доходит до инициирования ядерной катастрофы. Президенты могут развязать ядерную войну в любой момент, когда захотят. И им необязательно действовать в интересах обороны. Такое положение вещей должно поразить любого здравомыслящего человека как свидетельство довольно безумной политики и наличия огромной дыры в так называемой «системе сдержек и противовесов», на которой, якобы, основана политическая система США.

Loading...

Из-за истерии по поводу «синдрома психического расстройства Трампа» внутри Бэлтуэя* конгресс — возможно, впервые — рассмотрел меры по «обузданию» президента в этой сфере. Прискорбно, что для того, чтобы поднять эту проблему, потребовался «синдром психического расстройства Трампа», но мы должны сделать все возможное, чтобы признать наличие ряда серьезных угроз здравому правлению, которые, как чума, преследуют «государство национальной безопасности США».

Естественно, эти вялые попытки реформ потерпели неудачу — вероятно, потому, что Пентагон определенно был против них. В то время как власть президента в этой области, по сути, ничем не ограничена, возможности Пентагона расширяются также в силу беззаботного и глупого подхода к проблеме контроля над полномочиями по запуску ракетно-ядерных средств. Безусловно, и генералы Пентагона хотели закрепить за собой большую роль в развязывании Третьей мировой войны по своей собственной прихоти.

Более того, и сторонники Трампа были против этой идеи. Когда я в 2020 году опубликовал статью о проблеме никем и ничем не контролируемой президентской власти в том вопросе, сторонники Трампа в социальных сетях резко критиковали меня. Они утверждали, будто я якобы выступаю за то, чтобы «Трамп никогда снова не стал президентом», и будто я не понимаю, что власть президента никогда нельзя ничем и ни в чем ограничивать, чтобы это никак не мешало Трампу «мочить либералов». Однако сейчас, когда Трамп стал экс-президентом, и Вашингтон, и сторонники Трампа, поклоняющиеся ему как герою, полностью забудут об этом вопросе. Что касается Вашингтона, то ядерные коды теперь контролируются одним из тех, кто принадлежит к вашингтонскому же истеблишменту. А из сторонников Трампа никто так и не озаботился ограничить президентские полномочия.

Таким образом, президент все еще обладает возможностью взять да сжечь за утренним кофе миллиард или больше людей. Сегодня утром сторонники Байдена в «Твиттере» были в восторге от видео о передаче Байдену ядерного «футбольного мяча» — устройства, которое позволяет президенту запускать ядерное оружие.

Но это (передача «ядерного чемоданчика» — С. Д.) не должно утешать никого, кто следит за этой темой — особенно с учетом того, что коды запуска сейчас находятся в руках человека, который может даже не знать, какой сейчас год на дворе.

Но независимо от того, кто сейчас президент, факт остается фактом: единственное, что стоит между президентом и моментом запуска им ядерных ракет — это его собственный моральный компас. Любой, кто не безнадежно наивен в отношении политиков и политических институтов, сочтет это глубоко тревожащим обстоятельством.

Краткая история процесса запуска ядерного оружия
Но почему же не было предпринято значительных усилий для разработки каких-либо сдержек или введения права вето в отношении этого процесса? Частично это связано с тем, что военный истеблишмент США придерживается позиции, в значительной степени склоняющейся к ошибкам в сторону агрессии, но не сдержанности. В первые дни холодной войны в отношении ядерного оружия не существовало практически никаких гарантий (от несанкционированного срабатывания — С. Д.). Любой человек, утверждающий, что он президент, если бы у него был доступ к нужным людям, теоретически мог потребовать нанести ядерный удар — и не было никакого четко зафиксированного способа удаленно установить его личность.

Президент Кеннеди ввел более надежную процедуру. Хотя происхождение «футбольного мяча» остается строго засекреченным, наверняка его можно проследить от кубинского ракетного кризиса 1962 года (Карибский кризис — С. Д.). В частном порядке Джон Ф. Кеннеди выражал убежденность в том, что ядерное оружие, как он выразился, «годится только для сдерживания». Он также считал «безумием, когда два человека, сидящие на противоположных сторонах света, могут принять решение о том, чтобы положить конец всей цивилизации». В ужасе от доктрины, известной как MAD** (mutually assured destruction, взаимно гарантированное уничтожение — С. Д.), Джон Кеннеди приказал поставить замки на ядерное оружие и потребовал разработать альтернативы плану ядерной войны по принципу «все или ничего».

Кеннеди начал задавать вопросы о том, как на самом деле может произойти ядерный удар. Конкретно же он спросил:

«Что мне сказать в «Объединенной комнате войны»***, чтобы немедленно нанести ядерный удар?»
«Каким образом человек, получивший мои инструкции, проверит их?»
Кеннеди считал важным сделать так, чтобы только президент, личность которого можно было каким-то образом проверить, мог санкционировать нанесение удара.

Однако, по мнению некоторых критиков Пентагона, военные стремились упростить запуск ракет. ВВС даже обвиняют в использовании «00000000» в качестве кода, который может позволить запустить ядерную ракету. По сообщению Foreign Policy: «Брюс Блэр, эксперт по ядерной безопасности и бывший офицер пускового пульта,… [а] теперь автор и ученый в Принстонском университете, впервые поднял эту идею в статье, опубликованной в 2004 году. Он обвинил ВВС в обходе приказа президента Джона Ф. Кеннеди от 1962 года по введению дополнительных кодов безопасности для защиты от случайного или несанкционированного пуска … их сделали невероятно простыми для офицеров по пуску ракет, которые обслуживали подземные бункеры. По словам Блэра, это фактически сделало коды бесполезными».

Блэр утверждает, что этот протокол с простым кодом существовал по крайней мере на протяжении десяти лет, включая тот период, когда он был офицером пульта запуска.

Со своей стороны ВВС отрицают использование конкретного кода «00000000». Тем не менее, позиция Пентагона «в пользу пуска» уже давно очевидна. Как отмечает Джеффри Льюис из Института международных исследований Миддлбери:

«Брюс прав насчет главного исторического нарратива, о котором идет речь. ВВС США, особенно Стратегическое авиационное командование (Strategic Air Command), в целом сопротивлялись введению технических гарантий из опасений о том, что такие меры могут затруднить использование оружия в случае конфликта. … Оглядываясь назад в прошлое, … упор ВВС на готовность в ущерб безопасности, как и многие другие практики того времени, по общему признанию, был в высшей степени неразумным».

С годами всплыли и другие случаи человеческих ошибок или вредительства, которые несли в себе потенциал гигантских негативных последствий.

Военные, приближенные к президенту Клинтону, утверждали, что он потерял так называемое «печенье», то есть карточку, на которой были напечатаны коды запуска ядерных ракет. Президенты часто носят их в одном из карманов пиджака. Но иногда их можно положить и еще куда-нибудь. По словам одного из тех, кто носил «футбольный мяч»: «[Клинтон] думал, что он просто положил „печенье“ на верхнем этаже», — вспоминает Паттерсон. «Мы позвонили наверх, начали обыскивать Белый дом в поисках кодов, и он наконец признался, что на самом деле потерял их. Он даже не мог вспомнить, когда в последний раз видел их».

По общему мнению, имели место и другие случаи. Президент Картер якобы «оставил свое „печенье“ в костюме, который отправили в химчистку».

Однако был подтвержден один случай, когда коды Рональда Рейгана были оставлены без присмотра после того, как на него было совершено покушение: «Во время того хаоса, который последовал за стрельбой, военный помощник был лишен доступа к президенту и не сопровождал его в клинику Университета Джорджа Вашингтона. За несколько минут до того, как Рейгана отвезли в операционную, с него сняли одежду и другие вещи. Позже „печенье“ было найдено брошенным; его бесцеремонно кинули в пластиковый больничный пакет».

Хотя простая потеря «печенья» не вызовет пуска ракет, нетрудно предсказать, как доступ к кодам может быть использован кем-то еще в хаотической ситуации военного времени. Ученые предположили несколько потенциальных проблем с проверкой и авторизацией.

Например, что если президент откажется запускать ракеты вопреки явно выраженным и настоятельным призывам своих подчиненных? Могут ли его же подчиненные привести его в состояние недееспособности и использовать коды запуска с разрешения другого человека?

Неизвестно, как это закончится. Как пишет Рон Розенбаум в своей книге «Как начинается конец: Дорога к третьей мировой ядерной войне» (How the End Begins: The Road to a Nuclear World War III): «Весь вопрос о полномочиях ядерного командования и о том, кто возьмет на себя управление этими полномочиями в случае гибели президента в результате ядерной атаки, на протяжении десятилетий беспокоил экспертов и политиков. Профессор Йельской школы права Ахил Рид Амар назвал эту запутанную проблему «права наследования» «катастрофой, ожидающей своего часа».

Это наводит на мысль о ряде проблем: убит ли президент; считается, что он убит, или что он временно недоступен? Если вице-президент вступит в должность, а прежний президент позже появится снова, то у кого тогда будет контроль над ядерным оружием? Кроме того, контроль над кодами могут попытаться перехватить у президента заговорщики — например, обманным путем. Частным случаем этой ситуации может стать объявление президента недееспособным по причине безумия в соответствии с 25-й поправкой (к конституции США — С. Д.). Но Розенбаум пишет: «К этому времени мы окажемся на территории переворота или внутри приключенческого сериала. И что такое нормальное состояние ума и психики? Или безумие? Что если президент откажется исполнить сдерживающую угрозу ответного геноцида после того, как он не смог сдержать нанесение удара по нам? Могут ли те, кто его окружает, заставить президента дать им „золотые коды“ и фактически отдать приказ о запуске? Кто определяет, кто вменяемый, а кто невменяемый?»

Эту стратегию, конечно, может использовать любая из сторон: вице-президент, предрасположенный к пуску, может вступить в сговор с министром обороны, чтобы объявить настроенного против запуска президента психически ненормальным. Или настроенные против запуска подчиненные, чтобы не допустить пуск, могут попытаться объявить сумасшедшим президента.

В любом случае ясно, что это — неизведанная территория, которая находится вне пределов сколь-нибудь упорядоченного процесса сдержек и противовесов в отношении исполнительной власти.

Проблемы следуют по всем командным инстанциям. В 1973 году офицер, управляющий пуском, майор Хэролд Хэринг попросил у своего начальства разъяснения — как он сможет узнать, вменяем ли президент, отдавший приказ. Ответа у военного начальства не было. Хэринга удалили из ВВС. Хотя военные любят утверждать, что от персонала требуется выполнять только законные приказы — то есть не приказы безумных людей о разрушении планеты, — на самом деле значение имело только то, чтобы Хэринг был готов без вопросов осуществлять пуск ракет.

Дело в том, что не существует никакой возможности подтвердить факт того, что президент ознакомился хоть с какими-то сведениями о необходимости ядерной войны или что отдавая приказ о нанесении ядерного удара, президент находится в здравом уме.

*Beltway — (Опоясывающая дорога) — междуштатная автомагистраль I-495 протяженностью 103 км, окружающая Вашингтон и пролегающая по территории пригородных графств штатов Вирджиния и Мэрилэнд. Аналог Московской кольцевой автодороги.

**Сокращение MAD по написанию совпадает с англоязычным словом mad — безумный, сумасшедший, бешеный и т. д.

***Введена в строй в ноябре 1960 года. В настоящее время — Национальный военный командный центр (National Military Command Center, NMCC) — командный и коммуникационный центр Пентагона для Национального командования (то есть президента США и министра обороны США). Деятельность Центра поддерживается министерством военно-воздушных сил в качестве «исполнительного агента министерства обороны». NMCC отвечает за формирование сообщений о действиях в чрезвычайных ситуациях (Emergency Action Messages, EAM) для центров управления запуском ракет, атомных подводных лодок, самолетов-разведчиков и для командиров на поле боя».

(Visited 101 times, 1 visits today)
Loading...