Американские эксперты: дипломатия не может сгладить конфликт интересов

Трудно представить, что российско-американские отношения могут ещё больше ухудшиться: грустно признаваться, но, похоже, что вскоре так и случится. За последние два десятилетия российский президент Владимир Путин определил направление курса интересов собственной страны, который противоречит интересам США и американского союзника ЕС.

В США и ЕС верят, что демократия находится во главе закона, обеспечивая стабильность и безопасность в странах Восточной Европы. Путин тем временем считает распространение демократических идей настоящей угрозой для своего режима, а наличие уязвимых соседей – возможностью улучшить безопасность России.

Loading...

Условием любого улучшения отношений между Россией и США за пределами контроля над вооружением (например, недавнее продление договора СНВ) может стать одна из двух уступок: США откажутся от идеи демократии и признают российскую модель влияния на территории бывшего СССР более приемлемой; либо Путин примет решение, что демократия на большей части территории региона и наличие суверенных соседей не угрожают его интересам. Но навряд ли это произойдёт в ближайшем будущем. Избрание Джо Байдена новым президентом США, который сохраняет демократию целью своего президенства, продолжает отстаивать демократические ценности в своей стране и за рубежом, означает, что о каких-либо уступках можно не говорить как минимум ближайшие четыре года. Пока Путин находится у власти, политика России так и будет основываться на страхе перед демократией и полном суверенитете соседних стран.

«Затишье перед бурей»
Директивные органы США извлекли чёткий урок из американского опыта в XX веке, отсюда и соответствующее отношение к миру после периода холодной войны. Как и многие другие, они определили связь между выходом США из Европы после Первой мировой войны и началом Второй мировой войны всего лишь спустя двадцать лет. Также они заметили, что принятое США решение сохранить свое присутствие в Европе перед лицом советской агрессии спасло регион от коммунистической участи по окончании Второй мировой войны. Исходя из этого, представители США определили, что американское господствующее влияние на европейскую безопасность было необходимым решением, чтобы сохранить мир в регионе в смутные времена, последовавшие за холодной войной. Начавшаяся в Югославии война только усугубила американские опасения о том, что национализм будет распространяться, а конфликты могут вспыхнуть в любой точке региона.

Но США также стремились убедить сначала СССР, а затем и Россию, что Запад не собирается извлекать выгоду из завершения московского господства в Восточной Европе с целью подрыва безопасности бывшей сверхдержавы. В сентябре 1994 года президент США Билл Клинтон сообщил президенту России Борису Ельцину о планах расширения НАТО, добавив:

Я не хочу, чтобы вы думали, что каждый раз перед тем, как проснуться, я думаю лишь о том, как сделать частью НАТО страны Варшавского договора. Я не так это вижу. Всё, о чём я думаю, – как использовать НАТО с более масштабной и высокой целью: обеспечить европейскую безопасность, единство и интеграцию региона. Я знаю, что вы тоже разделяете эти ценности.

Данная цитата кратко обобщает различия между США и Россией в период президенства Ельцина. НАТО – это верный инструмент США для достижения безопасности Европы и сохранения американской власти в этом регионе. Президент США усердно пытался доказать, что не собираться воспользоваться крахом Варшавского договора и навредить России. Но с точки зрения России, именно лидерство США было ошибкой НАТО. Ельцин и другие высокопоставленные российские официальные лица не разделяли мнения Клинтона касательно того, что НАТО является лучшим инструментом для достижения цели укрепления европейского единства, хотя Ельцин мог бы и согласиться с этим. Под эгидой США в НАТО лучшим вариантом для России было бы стать младшим партнёром. Но по итогу Россия из-за оппозиционного настроя была исключена из альянса США и Европы.

Ельцин обратил свою политику на Запад. После политического сражения между ним и Горбачёвым Ельцин стремился завоевать расположение более прозападными, демократичными и рыночными идеями, чем бывший лидер СССР. Он не мог в достаточной мере противостоять американской политике, поэтому он пытался получить то, что мог – финансовую помощь от США, их союзников и международных финансовых учреждений, но также и доказательство того, что с ним обращаются как с равным. В качестве доказательства было следующее: «Основополагающий акт Россия – НАТО», ставший основным положением установленного партнёрства между Западом и Россией, поскольку приглашение вступить в альянс было направлено Чешской Республике, Венгрии и Польше; также было закреплено участие России в G7 и создании G8.

К концу 1990-х годов стало казаться: несмотря на все трудности отношений между США и Россией (особенно в связи с 78-дневной бомбардировкой Сербии силами НАТО со стороны Косово), всё-таки США и Европе удалось преодолеть разногласия, возникшие во времена холодной войны, и предотвратить более сильное проявление национализма в Европе. Сербский лидер Слободан Милошевич больше не мог развязать террор на западных Балканах; Чешская Республика, Венгрия и Польша присоединились к НАТО, а вскоре и другие страны последовали их примеру; ЕС продвигался вперёд с экспансией своих ценностей; казалось, что Россия всё ещё ориентируется на Запад. В ноябре 1999 года Клинтон посетил свою альма-матер, Джорджтаунский университет, чтобы отметить десятую годовщину падения Берлинской стены. В каком-то смысле это было завершением его усилий, направленных на развитие видения президента Джорджа Буша о «единой и свободной Европе». Клинтон напомнил аудитории, что намеревался «сделать для восточной половины Европы то, что мы смогли сделать для её западной половины после Второй мировой войны». Что касается России, он утверждал, что «её трансформация только началась. Это ещё не конец. Сейчас этого недостаточно, но мы глубоко заинтересованы в её успехе».

Также Клинтон заявил, что «сейчас мы находимся на самом пике нашей мощи и процветания». Подтверждением этого он имел в виду способность США направлять международные дела по своему усмотрению. В конечном счёте отличительной чертой его президенства стало создание представления о США как о «незаменимой нации». Вера в то, что США уже находятся на пике своего процветания, оказалась далека от реальности, поскольку другие страны, включая Россию, получили больше власти, а возможность США доминировать в этих странах значительно снизилась.

Возвращение России
Обдумывая период 1990-х годов, Путин увидел издевательство над Россией. Он верил, что целью Запада является навязать видение своего мирового порядка. Путин заявил, что распад СССР стал «величайшей геополитической катастрофой века».

Для русского народа это стало настоящей трагедией. Десятки миллионов наших сограждан и соотечественников оказались за пределами территории России,– добавил он.

Путин не предполагал воссоздание СССР. Но вместо того чтобы продолжить политику, ориентированную на Запад, как у антисоветских предшественников, что могло означать для России роль младшего партнёра, Путин решил сделать собственную независимую державу, способную к взаимодействию с Западом на собственных условиях и доминированию над своими ближайшими соседями. В начале политика Путина не была резко враждебной, но была ориентирована на освобождение России от западного и американского вмешательства.

С американской точки зрения, расширение НАТО, война в Косово в 1999 году, односторонний выход Америки 2002 года из Договора по противоракетной обороне, война в Ираке 2003 года, поддержка цветных революций в Грузии, Кыргызстане и на Украине – всё это является разрозненными политическими событиями. Представители США считали, что они не наносят вреда российским интересам, даже наоборот, укрепляют демократию и правопорядок в Центральной и Восточной Европе, защищая жителей Косово от жестокого режима Милошевича, создавая возможность для защиты США и союзников от иранской угрозы баллистических ракет, устраняя возможность того, что президент Ирака Саддам Хусейн может угрожать миру оружием массового поражения, и поддерживая реформаторов, пытающихся построить демократию в нестабильных государствах.

Российская точка зрения резко отличается. Московские официальные лица наблюдали за тем, как США сохраняют и расширяют свой альянс в период холодной войны, включая территории, ранее контролируемые СССР: Эстонию, Латвию и Литву. В 1999 году НАТО разожгли военные действия в Сербии, несмотря на возражения России и не согласовывая это с Советом Безопасности ООН, где благодаря статусу постоянного члена Россия имеет возможность наложить вето на подобное действие. Всего лишь спустя четыре года альянс НАТО вступил в войну против Ирака, несмотря на отсутствие согласия со стороны Совета Безопасности ООН и России (как и Франции и Германии). Многие в Москве рассматривали выход США из Договора об ограничении систем противоракетной обороны как ухудшение средств для ядерного сдерживания России (особенно после того, как администрация Джорджа Буша объявила о своих планах создания системы противоракетной обороны с перехватчиками и радаром, размещённой в Польше и Чехии). В глазах Путина проведение цветных революций не было признаком процветания гражданского общества, а лишним подтверждением того, как США добиваются смены европейского режима, включая Российский регион. Таким образом, взгляд США и России на одни и те же события различался. США считали, что проведение подобной политики не пересекается с российскими интересами, а Москва, наоборот, представляла образ США как страны, стремящейся навязать свою волю и принципы другим – в ущерб интересам России.

В 2007 году Путин посетил ежегодную Мюнхенскую конференцию, посвящённую безопасности, и выступил с речью, выразив свое несогласие с действиями США. Он жаловался на односторонние действия США: «Это один центр власти, один центр силы, один центр принятия решений. Это мир одного хозяина, одного суверена». Он утверждал, что процесс расширения НАТО «не имеет никакого отношения к модернизации самого альянса», задавшись вопросом: «Против кого это расширение?»

И всегда была Украина, которая, по словам Путина в 2008 году президенту Джорджу Бушу, не была суверенна – «даже не государство», так он сказал. Десятью годами ранее Ельцин предупредил Клинтона, что он не может допустить членства Украины в НАТО, и добивался частного соглашения о том, что США не будут настаивать на этом. К февралю 2008 года посол США в России Уильям Бернс доложил своему начальству в Вашингтоне: «Вступление Украины в НАТО – страшный кошмар для российской элиты (не только для Путина)». Он предупредил, что российские должностные лица рассмотрят предложение Украине (и Грузии) вступить в НАТО на предстоящем саммите НАТО как «стратегический вызов».

Франция и Германия выступали против данного предложения Украине и Грузии, но во время саммита НАТО пришли к компромиссу, достигнутому в рамках альянса: согласно декларации НАТО, Украина и Грузия «станут участниками НАТО». Начав войну с Грузией в 2008 году и вторгнувшись на Украину в 2014 году, Путин подтвердил предупреждения Бернса: он не потерпит пересечения конкретных зон, которые имеют слишком большую угрозу для интересов России.

Конфликты на Украине и в Грузии отражают расхождения в интересах США и России в период президенства Джорджа Буша и Владимира Путина. Согласно утверждению Клинтона в 1994 году президенту Ельцину, США верят, что распространение западных институтов обеспечит необходимую стабильность и безопасность для восточноевропейских стран. Тем временем Россия защищала свою привилегированную сферу влияния от западных норм, правил и институтов. Запад верил, что суверенные страны могут сделать собственный выбор касательно своего будущего, которое, в свою очередь, рассматривалось в Москве как потенциальная угроза российским интересам и даже режиму.

Похоже, что все представленные конфликты стали причиной кратковременной передышки, или так называемой перезагрузки в период президенства Барака Обамы и Дмитрия Медведева (который придерживал тёпленькое местечко, в то время как Владимир Путин занимал пост премьер-министра). «Перезагрузка» представляла собой операционный политический подход, при котором обе стороны признавали основные интересы друг друга. Обама ясно дал понять, что не собирается добиваться членства Украины и Грузии в НАТО, отказался от плана противоракетной обороны, инициированного администрацией Буша, в пользу развертывания другой системы противоракетной обороны, более чётко предназначенной для борьбы с Ираном. Между тем Россия согласилась поддержать ужесточение санкций против Ирана, чтобы побудить Тегеран отказаться от стремлений к обладанию ядерным оружием. Но важнее всего то, что Москва позволила США создать новый путь снабжения Афганистана через контролируемое Россией воздушное пространство. Это означало, что США больше не зависели от Пакистана. Оба государства пришли к согласию касательно того, что в общих интересах имеется необходимость заключения нового соглашения о контроле вооружений – новый договор СНВ, который мог бы сократить ещё большее количество стратегических ядерных вооружений и обеспечить меры соблюдения безопасности.

Увы, но период «перезагрузки» закончился. Хотя русская сторона воздержалась при голосовании в Совете Безопасности, разрешившем НАТО нанести авиаудары по Ливии в 2011 году с целью защиты населения Бенгази, Путин резко отреагировал, когда эта операция ускорила свержение и привела к смерти президента Муаммара Каддафи. В том же году в России вспыхнули протесты против парламентских выборов, и Путин истолковал заявления тогдашнего госсекретаря Хиллари Клинтон как подстрекающие по отношению к своим оппонентам. В 2013 году данные из утечки документов Агентства национальной безопасности Эдварда Сноудена попали в заголовки газет, а следом за этим Россия предоставила ему убежище. Отношения между странами ухудшились после того, как Крыма воссоединился с Россией, а на востоке Украине началась гражданская война. Нападение крупных стран на своих меньших соседей, особенно в Европе, являлось частью ушедшей эпохи – и это шокировало европейцев, которые благодаря созданию и расширению ЕС пришли к выводу, что война на континенте – это удел прошлого. В ответ США и союзники ввели санкции против России. Казалось, отношения не могут стать ещё хуже.

Обречены на провал
Любые попытки Дональда Трампа улучшить российско-американские отношения с самого начала были обречены на провал. Будучи скомпрометированным «вмешательством» России в президентские выборы США в 2016 году, Трамп не мог позволить другим считать, что он следует указаниям Путина, особенно в ряде ключевых областей. Между тем Конгресс не только не хотел отменять санкции в отношении России, но и ввёл новые, после того как стало известно о российском «вмешательстве». Должностные лица правительства США – как политические фигуры, так и кадровые сотрудники – по-прежнему привержены продолжению политики США по обеспечению гарантий для восточных соседей НАТО и усилению политики сдерживания после «вторжения» России на Украину, включая усиление воздушного и морского патрулирования в регионах Балтийского и Чёрного морей, а также проведение усиленных военных учений и ротации развернутых воинских контингентов. Помимо усиления существующей политической поляризации в США, Путин добился малого, «вмешиваясь» в американскую внутреннюю политику. Кроме того, стратегия национальной обороны США и стратегия национальной безопасности администрации Трампа ясно дали понять, что Россия и Китай являются «стратегическим конкурентами». И, по настоянию советника Трампа по национальной безопасности Джона Болтона, бывший президент отказался от трёхлетнего договора о ядерных силах средней дальности по давней жалобе на российские нарушения.

Хотя его предшественник отказался продлить новый договор СНВ, Байден вскоре после своего вступления в должность договорился с Россией на пятилетнее продление. Устранение угрозы ядерного оружия – это та область, в которой интересы обеих сторон сходятся. Контроль над вооружением стал основным аспектом их отношений после кубинского ракетного кризиса в 1962 году, сконцентрировав всё внимание вначале на ограничении ядерных испытаний, а затем на ограничении количества ракет и боеголовок. Это единственная проблема, которая воспроизводит оптику двух сверхдержав, тем самым давая России заветный статус наравне с Соединёнными Штатами. На первый взгляд, это единственная проблема двух сверхдержав, что даёт России желанное право быть наравне с США. В интересах обоих государств ввести ограничение на ядерное оружие и обеспечить меры в области контроля предотвращения нарушений.

Мрачное будущее
В 1993 году Клинтон решил обратиться к Ельцину как к лучшему варианту надежды для российско-американских отношений. Восемь лет спустя Джордж Буш посмотрел в глаза Путину и ушёл с уверенностью, что он заглянул прямо в душу президенту России. В 2009 году пост президента занял Барак Обама, пытаясь восстановить российско-американские отношения со своим коллегой Медведевым на первом сроке. Восемь лет спустя пост президента перенял Дональд Трамп, под «вмешательством» России в выборы США, верив во всё, что говорил Путин.

Во всех случаях надежда на улучшение российско-американских отношений исчезла, уступив жестокой реальности. В 1999 году бомбардировка НАТО Сербии привела к ухудшению конфликта между двумя державами в годы президенства Клинтона и Ельцина. В 2008 году российско-грузинская война разрушила отношения, которые нельзя было назвать успешными с 2003 года, когда США решили начать войну в Ираке. В начале второго срока Путина Крым вернулся в состав России, что привело к введению Западом санкций против России и укреплению военного присутствия в Восточной Европе. Несмотря на странную близость Трампа с Путиным, отношения между США и Россией продолжали ухудшаться в течение его срока.

Когда Байден занял пост президента, большие надежды на улучшение российско-американских отношений улетучились. Взлом SolarWinds, российское «вмешательство» в выборы США, конфликт на Украине, арест Алексея Навального – это лишь часть всех проблем, препятствующих восстановлению тёплых отношений между США и Россией. Но с тех пор, как более 20 лет назад Путин впервые стал президентом, самой серьёзной проблемой стали разногласия лидеров США и России в отношении всего мира, в особенности Европы. Хотя возможно, что во время второго срока Трамп уступил бы видению Путина. Противоречивые взгляды Москвы и Вашингтона полностью обозначаться в годы президентства Байдена.

Улучшение отношений с другим государством никогда не было самоцелью, а скорее инструментом для продвижения национальных интересов, а на данный момент интересы США и России крайне различаются. Вероятно, помимо изучения новых соглашений по контролю над вооружением в целях ограничения стратегических ядерных сил, программа двусторонних российско-американских отношений в ближайшем будущем так и будет неубедительной.

(Visited 9 times, 1 visits today)
Loading...