Система «суд-банк», или обналичка через исполнительные листы

Предприниматели вынуждены хитрить и изворачиваться для получения наличных денег

Многие наверняка слушали фразу: «Это должен решить суд». Так и есть, и даже если суд одной инстанции что-то решит неправильно, есть шанс, что суд другой, высшей инстанции — все поправит. Но попасть под суд — так неприятно. Однако есть люди, которые там, в суде, чувствуют себя как рыба в воде.

Недавно российские суды заподозрили разного рода коммерсантов в обналичивании и выводе денег на более чем полтриллиона рублей ― с помощью так называемых «требований по судебным спорам».

Эти данные прошлого 2020 года привел Росфинмониторинг, а газета «Известия» подсчитала, что такого рода судебные споры увеличились аж в три раза. В банках это так и называют «схема обналичивания через суды». Кредитные организации хотели бы изменить законодательство, чтобы им дозволялось отказывать в проведении операций по исполнительным листам.

Адвокат Дмитрий Аграновский считает, что обналичивание денег — это не обязательно криминал:

— Это может быть просто честь хозяйственной деятельности предприятия. Мне как адвокату отчасти приятно, что наш суд стал более или менее доступным инструментом этой хозяйственной деятельности. Скатилась скупая мужская слеза…

Наверное, для противодействия отмыванию, незаконному обналичиванию и выводу за рубеж незаконно добытых денег следует применять некие заградительные меры — блокировать отдельные операции или счета недобросовестных фирм. Ведь у нас много фирм однодневок. Но для обхода этих ограничений компании теперь используют суды. Но эта обналичка в самом деле «легализация незаконных доходов» или эти доходы не из разряда криминальных?

Кроме судов в прошлом году общий объем подозрительных операций нотариусов вырос до 25 млрд рублей — эта сфера тоже попала под особое внимание контролеров. Ведь документы, заверенные нотариусами, носят силу исполнительных и могут использоваться приставами для взыскания денег. Неужели наш хитрый бизнес уже и этих страшных приставов использует для своей «хозяйственной деятельности»?

Лада Пугачева, член Совета директоров компании «Шоколадница» считает, что наша банковская система и без того стала очень не гибкой и пользоваться ею чрезвычайно сложно:

— Доходит до абсурда, банки замораживают на счетах деньги компаний без объяснения причин. И у компаний, и у индивидуальных предпринимателей порой нет возможности получить свои законные деньги месяцами. Считаю, что расширение полномочий банков и предоставление им права отказывать в выполнении транзакций, которые банку не понравятся, — это нарушение прав граждан и компаний.

Это приведёт к тому, что бизнес и граждане будут нести значительные убытки. Кто эти убытки будет возмещать? По сути банки будут наделены полномочиями не исполнять решение судов. Тогда вопрос: а судья кто? На мой взгляд, о сомнительных сделках судья должен сообщать в правоохранительные органы и после их постановдения должны приниматься решения о возможности взыскания этих денег и о возможности проведения банками транзакций. Новые полномочия банков — не решат проблему…

Основатель и директор фирмы Yotta Pay Алексей Шматко, живущий в Лондоне, на своем опыте убедился, что банковская система России изначально работает неправильно:

— Она неправильно собрана. И система российского финансового мониторинга, и банковская система работают как мотор неправильной конструкции. К сожалению, это уже не ремонтируется.

Во всем мире есть свои структуры по предотвращению легализации средств, полученных незаконным путем, по борьбе с отмыванием денег. Без них нельзя. Но в России и, например, в Великобритании, где я сейчас живу, правила зеркально противоположные. Здесь в Лондоне, если у вас есть миллион фунтов на счету, вы приходите в банк, говорите: хочу взять наличными миллион фунтов и берете. У вас не возникает никаких проблем. Разве что, если в конкретном отделении банка нет такой суммы, просят прийти завтра. Первое — не берут никакие проценты, никому в банке и в голову не придет брать процент за снятие клиентом своих собственных денег в банке, в котором они хранились. Второе, банк никогда не спросит: на что ты берешь наличные? Это не дело банка.

А вот если вы принесете миллион фунтов наличными в банк, у вас спросят: откуда деньги? Ведь, как правило, наличные возникают от нелегальной деятельности: наркотики, кражи, криминал.

В Российской Федерации все диаметрально противоположно: положить деньги в банк очень легко. А для того, чтобы их снять, пройдешь несколько кругов ада, и с тебя возьмут комиссию. Я жил на Кипре, живу в Великобритании. Нигде никому и в голову прийти не может по определению взять комиссию за снятие наличных денег, кроме России.

«СП»: — Почему же у нас такая система?

— Эти правила созданы специально для того, чтобы создать проблемы банкам и их клиентам. Управление «К» службы экономической безопасности ФСБ России (или как там оно теперь называется), которое курирует банки и финансовую систему, на этом паразитирует. Все эти господа: полковник полиции Захарченко, полковник ФСБ Черкалин с квартирами, полными наличных, возникли из-за того, что искусственно созданы системные проблемы в экономике с оборотом денег вообще и наличных в частности.

Еще один из пунктов этих проблем — отправка денег за границу — международные сделки. Если я захочу оплатить из Лондона какой-нибудь товар в Германии или Австралии, никто меня ни о чем не спросит. Во всем цивилизованном мире свободное перемещение капиталов. Мне для этого нужен только «инвойс», который я не должен показывать никому. В международной коммерческой практике это документ, предоставляемый продавцом покупателю и содержащий перечень товаров и услуг, их количество и цену. Он нужен для налоговых проверок, если они конечно еще будут.

«СП»: — Многие говорят, что у нас все сделано для того, чтобы усложнить работу бизнеса, который платит «дань», а в данном сегменте что происходит?

— Можно конечно обсуждать любые конкретные схемы, которые придумывают предприниматели, но есть главная проблема — страшная зарегулированность российской финансовой системы. Конечно, государственные органы должны систему регулировать, дабы не допустить уход от налогов и отмывание денег. Вопросов нет! Но у нас система вывернута наизнанку, белое называют черным, а черное белым.

Это черная дыра для вымогания взяток. Бизнес пытается делать обходы — это понятно и логично. Не логична сама российская финансовая система.

Моя компания работает в Великобритании в области финансовых технологий. Я получил здесь лицензию, имею представление, как получать лицензию в России. Уровень регулирования, лицензирования в Великобритании невероятно прост. Все необходимые документы заполняются онлайн, комиссия 300 фунтов. Если все нормально, приходит лицензия. Я в глаза не вижу никаких чиновников, которым надо занести деньги, не вижу никаких «решал». А в России без них не обойтись. Это мешает российской экономике, которой нужна большая свобода. Нужно полностью поменять всю структуру.

Деньги — это кровь экономики! Искусственно зажатые процессы надо ослаблять. Не надо мучить бизнес этими глупыми ограничениями. Нужно их ослаблять и упрощать.

«СП»: — Но Росфинмониторинг утверждает, что применение банками заградительных мер в прошлом году позволило пресечь вывод в легальный оборот более 190 млрд рублей «теневого» происхождения?

— Для того, чтобы решить, законно или не законно пытаются ограничить оборот наличных, нужен орган, к которому бы было доверие. Например, суд, куда бы можно было пойти и рассудить. Но в России нет такого суда. Нет и финмониторинга в общемировом понимании. Только симуляторы. Доверия к названным суммам и операциям нет.

(Visited 107 times, 1 visits today)