Шендерович в Париже нужен как в бане пассатижи

Эмиграция либерального фрондёра обрадует «глубинный народ»

Известный своей либеральной фрондой писатель, публицист и драматург Виктор Шендерович* заявил, что решил уехать из России. «Я принял решение переждать снаружи», — написал он на своей странице в Facebook.

Причиной вероятной эмиграции Шендерович назвал грозящее ему уголовное дело. Юристы бизнесмена Евгения Пригожина, которого писатель называет «кремлевским поваром», направили в ОМВД Москвы заявление о возбуждении уголовного дела по ч.5 ст. 128.1 УК РФ «Клевета». «Вынужденный отъезд с родины — это тоже лишение свободы», — посетовал Шендерович.

Поводом для уголовного преследования стали слова Шендеровича о судимости Пригожина, сказанные в эфире радиостанции «Эхо Москвы». Суд по гражданскому иску бизнесмена признал сведения порочащими, недостоверными и обязал ответчиков их опровергнуть. А также выплатить компенсацию морального вреда в размере 100 тысяч (Шендерович) и 1 млн рублей (радиостанция).

Ранее Шендерович был признан иноагентом. Однако, это не может быть поводом для отъезда из России, так как «наименование иноагентом не ограничивает в правах, не ограничивает в возможности осуществлять деятельность, ни в чем», заявил журналистам пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. «Давайте всех из страны выгоним», — цитирует СМИ «Росбалт» ** возмущенную этим Ксению Собчак.

— Для Шендеровича сложилась объективно удобная ситуация, чтобы уехать на Запад, — считает адвокат и правозащитник Дмитрий Аграновский. — Другого такого случая может не быть. Видимо, он хочет совершить размен.

«СП»: — Размен чего и на что?

— Цель практически любого российского либерального оппозиционера состоит в том, чтобы заработать политический капитал, который можно было бы обменять на политическое убежище на Западе. Поэтому многие интеллигенты здесь специально нарываются на неприятности, скандалы, чтобы потом уехать за бугор, где можно не работать и жить за счет западного налогоплательщика. Потому что если поехать просто так, то там могут и не принять. Ведь, как пел Высоцкий, «мы с тобой нужны в Париже — как в бане пассатижи».

Такой размен совершали уже очень многие люди. Я наблюдал такие случаи после «болотных» событий. Те, кто порой играл в них совершенно второстепенную роль, и которым ничего серьезного в России не грозило, обменяли там свой оппозиционный статус на статус политического беженца с соответствующим устройством, пособием и т. п. Они спят и видят, как бы «свалить из этой страны». Ссылки на то, что они, якобы, гонимые, — это только повод продать свою оппозиционность за безбедную жизнь в какой-то развитой стране. Россию они таковой не считают.

«СП»: — Шендерович обещает «пересидеть» сложное время. То есть не исключает возвращения…

— В его желании вернуться в Россию, я сомневаюсь. Как правило таких людей ничего не держит на родине. У них и понятия такого нет. Где им тепло, там и родина. Для патриотов же сама по себе эмиграция становится порой жесточайшим наказанием. У нас здесь друзья, родные, могилы предков. Вспомним, даже многие участники белого движения не избежали в свое время тоски по родине.

Бывший политэмигрант, координатор «Левого фронта» Алексей Сахнин не исключает, что в эмиграции Шендерович станет оценивать Запад иначе.

— У Шендеровича шансы на благополучную эмиграцию существенно выше, чем у рядового трудящегося и, в частности, у меня. Ведь, он относится к неформальной элите, которая связана друг с другом, оказывает взаимную поддержку. Предполагаю, что проблем с поиском работы у него там не будет. Работать уборщиком, или дежурить в эмигрантском хостеле на ресепшн, или менять судно пациентам в больнице для стариков не придется.

Скорее всего, он как вел здесь жизнь верхушки среднего класса, а то и выше, так и продолжит ее вести за рубежом. Здесь он наполнял соцсети непримиримой, но уже рутинной критикой действующей власти, продолжит делать это и там. Как он ездил достаточно интенсивно по странам мира, так и продолжит это делать, уехав из России. На него не распространяются формально юридические и рыночные рестрикции, которые распространяются на 95 процентов других эмигрантов.

«СП»: — И в этом такие как Шендерович — белая кость?

— Для рядового оппозиционного активиста, даже либерального, эмиграция — неизбежный дауншифтинг, спуск по социальной лестнице. Из программиста, инженера, журналиста или политтехнолога он становится прекарно занятым — например, моет посуду на корабле. И это большой стресс. Правда, сейчас появилась совсем новая генерация политэмигрантов, выходцы из регионов, которые относятся к рабочему классу и поэтому за границей такого шока не испытывают.

Независимо от социального происхождения по обычному эмигранту бьет необходимость доказывать, что на родине ему действительно грозит опасность, мучительное многолетнее ожидание статуса беженца. У Шендеровича к этим вещам будет иммунитет. Принадлежность к правящему классу, даже к его самой радикально оппозиционной фракции, избавляет человека от сложностей в том числе в таких критических случаях как эмиграция. Это экзистенциальная несправедливость.

«СП»: — Шендерович собирается однажды вернуться…

— Всех интересует, начнется ли в России политическая весна или эти заморозки надолго. Думаю, мы уже живем внутри необратимых перемен. Но не факт, что они будут развиваться в том направлении, в каком хочет Шендерович или в том, в котором хочу я. Не факт, что будет куда вернуться.

Еще один интересный вопрос: обнаружит ли Шендерович, уехав, тот Запад из либеральной утопии, о котором он мечтал? Очень многие разочаровываются в этом образе. Оказавшись в эмиграции, я, хотя и не был поклонником этого мифа, столкнулся с довольно тяжелой реальностью. Многие элитарии тоже сталкиваются с этим. Правда, им, как правило, хочется, чтобы Запад был более пиночетовским, вел более жесткую политику, прислушивался к ним в большей степени.

Но сам факт, что Шендерович рассчитывает вернуться, достоин внимания. Значит, он, какие бы у него не были взгляды, не ищет хлебного места, не отделяет свою судьбу от судьбы страны. Люди с либеральными взглядами тоже имеют право на существование. Они такое же наследие старого режима, как наша нищета. Просто их место, вес в российской политике, влияние в обществе, должны быть пропорциональны их численности. То есть стремиться к нулю.

— Когда мы с коллегами прочли новость об эмиграции Шендеровича, то удивились. Мы думали, что он давно живет за пределами России, — рассуждает директор Института свободы Федор Бирюков. — Хотя ментально он давно уже глубоко во внутренней эмиграции.

Да, скатертью дорога! Надо даже помочь ему. Жаль, что теперь нет системы выпроваживания с помпой подобных персонажей. Смешно, что его именуют писателем и публицистом, хотя на самом деле это либеральный русофобский скоморох. Последнее, чем он прославился — сексом с матрасом. Больше о нем ничего неизвестно. Он годами сидел как таракан за печкой «Эха Москвы» и что-то бурчал. На самом деле он никому не нужен.

Другое дело, что иногда подобные люди наталкиваются на закон и приходится отвечать за свои слова. Шендерович знает, что он не прав, боится и поэтому пытается уехать. Быть жертвой — основная профессия русофобов. Им бы жить в

России, где они чувствуют себя ущемленными и от этого ловят мазохистских кайф. Но Шендерович хочет свалить и жить в покое, издалека покусывая Россию. Поскольку он пока не называет страну, куда уедет, он видимо, введет торг или ищет, кто его возьмет.

* Физическое лицо, выполняющее функции иностранного агента.

** СМИ, выполняющее функции иностранного агента.

(Visited 52 times, 1 visits today)